Пришлось давеча по личным делам побывать в одном из одесских РАГСов, то бишь органов регистрации актов гражданского состояния. Там я стал свидетелем любопытной, если не сказать – скандальной – сцены. Какой-то мужчина спорил с руководителем учреждения по поводу имени своего новорожденного сына. Малыша записали по-украински Микитой, хотя отец настаивал на русском варианте «Никита».

– Ми не можемо виправити з правильного варіанта на неправильний, подивіться всі словники, російському Нікіта відповідає українське Микита, – говорила чиновник.

– Это два разных имени, украинское и русское, – возражал гражданин.

Дискуссия переросла в жаркий спор, после чего начальник РАГСа отправила принципиального отца в суд…

На чьей стороне правда? На первый взгляд, представитель государства права, ведь Микита действительно является украинским аналогом Никиты. Но! Во-первых, точно таким же аналогом является английское Джон по отношению к нашему Ивану. То есть, если следовать бюрократической логике, чистокровного англосакса Джона или испанца Хуана, родившихся в Украине, мы тоже будем называть Иванками?..

А во-вторых… Во-вторых, как по мне, не государства собачье это дело – решать, какое имя у ребенка правильное, а какое неправильное. Оно, государство, не должно мешать нам жить и работать. Однако вместо этого держава наша недееспособная лезет в частную жизнь своих граждан. Определяет не только «правильные» имена, но законодательно устанавливает, с кем можно спать, а с кем спать нельзя...

Вот, например, цитата из Семейного Кодекса: «Браком является семейный союз женщины и мужчины, зарегистрированный в государственном органе регистрации актов гражданского состояния». Нет, вы не подумайте, я не за однополые браки! Хотя не вижу в них ничего смертельно опасного для общества, просто оно к ним… не совсем готово, что ли. Но вот, скажем, есть в Украине миллион мусульман. Наших сограждан, коренных украинцев, между прочим. Коран разрешает мужчине брать в жены до четырех женщин. Главное, чтобы муж мог содержать своих жен. Кормить их, холить и лелеять... Но для нашего государства многоженцы – почти преступники. Таким образом, по сути, преступным объявляется и сам институт полигамии, вполне естественный и нормальный для многих социумов.

Что это как не грубое и ничем, кроме желания сделать приятное одной из конфессий, не мотивированное вмешательство в личную жизнь человека? Кстати, конфессия эта отвечает державе взаимностью – нонсенс из нонсенсов: в большинстве храмов вас не обвенчают без предъявления свидетельства о браке. С одной стороны, оно логично – ну, чтобы многовенчанных не развелось, как тараканов. С другой, какое отношение церковь имеет к государству? Никакого… Вот вам и вмешательство.

Одну победу украинское общество в свое время уже одержало: у нас был официально признан гражданский брак. Теперь нужно пройти еще один этап – добиться того, чтобы из законодательства исчезли ограничения на формы этого самого брака.

Но, увы, никаких предпосылок к этому нет. Более того, государственные мужи усиливают давление на личность. Взять хотя бы печально известный закон об установлении уголовной ответственности за хранение порнографии. Как правильно заметил писатель Лесь Подеревьянский, «еще надо разобраться, что такое порнография».

– Я всегда думал, что это изображение полового акта, – сказал он. – И если мы с самого начала поставим константу, что это плохо, то естественно, что сам половой акт еще хуже. Поэтому нельзя бороться со следствием, не касаясь причины. Нельзя запрещать порнографию, не запретив половой акт. Это, по меньшей мере, глупо. Тогда можно говорить о каких-то двойных стандартах. Было бы логично, чтобы украинский парламент запретил половой акт как вещь не совместимую с моралью. Тогда бы и не было порнографии. Так что сложно понять, подобный закон – это либо серьезный ляп депутатов, либо серьезный наезд на частную жизнь граждан. Когда-то фашизм тоже начинался с разговоров о морали.

Известно, что любое тоталитарное государство первым делом пытается контролировать частную жизнь граждан. Так что, нашим чиновникам и депутатам, чем ломать голову над новыми законами о морали и этике, лучше просто сказать: «В Украине секса нет». И все будут счастливы.  

фото отсюда