Ко всей этой трескотне насчет вступления Украины в ЕС я отношусь философски. То есть, не слушаю. Моя логика проста, как украинские галушки с салом: «не буди лихо, пока тихо». Вступим, не вступим (при этих словах некстати вспоминается дерьмо и партия), возьмут, не возьмут — еще бабка надвое сказала. Так зачем заранее переживать? О чем говорить? Однако говорят. И не только говорят, но и делают кое-что типа по-европейски…

 
Предлагаю вам пройти один маленький тест. Ответьте на вопрос: что вам представляется прежде всего при словах «жизнь, как в Европе»? Если сразу подумалось о ровных дорогах, улыбчивых продавцах и социальных гарантиях — вы здоровы. Если же вам мерещатся адвокатские иски, судебные тяжбы и служебные разбирательства, вы – представитель украинского Минздрава. У чиновников от медицины прямо фобия — боязнь судебных исков. Мало того, что сами нездоровы, так еще и по служебной вертикали свое нездоровье внедряют. В виде «европейского опыта». Причем, внедряется он дискретно, только то, что искривленное восприятие зафиксировало. Наверняка и в других ведомствах то же самое происходит, но я сейчас – про медиков. 

Возьмем, к примеру, обычный роддом. Палаты «мать и дитя». Кровать для роженицы, кроватка для младенца. Все тип-топ, как в Европе – грудное вскармливание с первых минут жизни, непрерывный контакт матери с ребенком, возможность проявлять нежность к малышу в любое время суток, а не только когда приносят для кормления, как раньше. Первые колыбельные на ночь, тепло маминых рук и т. д. Вот только одна «мелочь» забыта – нянечка, которая в Европе к такой палате «прилагается». Которая поможет маме поднять-перенести-укачать и прочее. А вот вторую пару «мать и дитя» в эту же палату не забыли поместить. Ну, так, чтобы жизнь медом не казалась. Ваш ребенок уснул, и вы тоже хотите? Спорим на что угодно — именно в этот момент расплачется младенец соседки, и разбудит вашего. Что? Хотите, как в Европе, чтобы папа был в палате с вами? Нельзя! Чиновник из минздрава этого в Европе не видел, а даже если и видел — у него дискретность восприятия. 

Говорите, в некоторых роддомах за определенную плату есть палаты для одной мамы с ребенком, и папам вход свободный? Ну вот вам другой пример, из последнего. Лично пережитого… 

Нужно, скажем, вам ребенка прооперировать. Острый аппендицит. Пока письменное согласие на операцию не подпишете, никто скальпель не поднимет. Что? В Европе, говорите, тоже так? Интересно, а вы европейскую бумажку видели? Я — нет. Зато видела нашу. Цитирую: 

«1. Мне лично была дана в полном объеме и доступной для меня форме всесторонняя информация о цели, характере и способах (…), о прогнозе возможного развития заболевания, в том числе и о наличии риска для жизни и здоровья, а также исчерпывающая информация о результатах обследования моего ребенка. 
2. …у меня было достаточно времени на размышления относительно предложенного варианта лечения, у меня больше нет вопросов после того, как мне были даны исчерпывающие и понятные мне ответы. 
3. Также были обсуждены альтернативные виды медицинской помощи и возможные, связанные с ними последствия и осложнения».

Дежурный врач в нашем случае свел все три пункта к двум фразам. Первая: «Это симптомы аппендицита. Ждем еще пару часов, потом решаем». Фраза вторая, через пару часов: «Вопрос решен». 

Я, знаете, в Европе не была. И не спорю, может, бумажка и нужная. Но то, что в ней написано, к нашей реальности никак не относится. От вас подпись нужна, а от врача, как и прежде, только его добрая воля: захочет — расскажет, не захочет — не расскажет. И 90 % родителей европейского подхода, согласно бумажке, от врача требовать не будут. Не приучены-с. А директиву сверху: «Бумажку выполнять!» — врачу никто не спускал. Ему только велено давать документ на подпись. Потому что чиновник — он такой: бумажку в Европе видел, а врача, информирующего пациентов, не видел. 

Но в случае не дай Бог чего, имейте в виду — вы уже все подписали… 

Так что, я не знаю, каким путем мы в Европу стремимся, но она к нам пока только через …опу приходит — извилисто и неприятно.

фото отсюда