Шапки-невидимки бывают только в сказках. Зато с продуктами-невидимками сильная половина человечества сталкивается довольно часто. Пока ученые мужи — физики бьются над сверхпроводимостью, их жены-лирики создают абсолютно прозрачные блюда.

Первая в списке — гречневая каша. Универсальный советский котлетный гарнир абсолютно невидим мужскому глазу, даже если трехведерная емкость красуется на самом видном месте плиты или холодильника. Гречка может быть рассыпчатой, обильно сдобренной маслом, перед варкой прожарена – ничто не действует! Женщины прилежно комбинируют гречку и мясное, а мужчины умело избегают чудо-крупу и хитро обходят любые лингвистические ловушки. 

— А что ты на работу взял?
— Я спешил, куплю в обед булку с колбасой (забыл взять обед, сделал бутерброды, в сумке поместились только котлеты).
— Что это ты себе мало гречки накладываешь?
— А я прям только что на работе перекусил булку с колбасой и чай попил с пряничком.

На уловки вроде укладывания в одну емкость котлет и гречки и даже на прикапывание котлет в кашу мужчины не ведутся. Котлету отколупают, гречку «забудут». Полезное блюдо в холодильнике хранится долго, и сколь мало гречки ни сваришь — всегда остается «несъедаемый остаток». 

Парадоксально, но на прямой вопрос: «Ты что, гречку не любишь?» — мужчины реагируют бурно. Сила отрицания их нелюбви к этому блюду сравнима с опровержением измены. «Так что, гречку к биткам варить, раз пюре доели?» — спрашиваю я. «Вари, — пожимает плечами муж, — завтра на работу возьму».  

Вторая невидимая для мужчин субстанция — плов (или пересыпка с рисом и капустой). Конечно, я по всем параметрам не узбечка — от разреза глаз и халата до приготовления плова. Но готовлю это блюдо вкусно, да и рис нынче такой продается, что вари его хоть 2 к 1 с водой, хоть 17 к 3, хоть 10 минут, хоть 40 — получится рассыпчатым. Лука побольше, морковки, зубчиков чесночка повтыкать, мяска покидать – пальчики оближешь! Стартовая порция свежего плова еще как-то «уходит». А дальше работает удивительная геометрическая прогрессия: каждая следующая порция плова берется меньше предыдущей. Иссохший рис выкидывается, мяско поджаривается с яичницей. «Вот голубцы – это вещь! — облизывается муж. — Неделю б ел». Под моим немигающим взглядом спешно добавляет: «Но плов ты тоже вкусный готовишь, только не делай его так много». 

Третья продуктовая невидимость для мужа – овощные супы. Ну чистое здоровье! Там и цветная капустка, и морковка, и зелень, и горошек или кукурузка, зажарочка-поджарочка, реберце или мега-кость мясная – как не есть? Но муж сыплет в этот суп все приправы Азии, Ниагарским водопадом опрокидывает соевый соус, плюхает сметану столовыми ложками и обильно намазывает хлебную булку маслом – видимо, чтобы хоть как-то оттенить мерзкую овощную суть. Неужели не вкусно?! «Нормальный суп», — комментирует он мои восторги от дивно пахнущего, наваристого блюда. И добавляет: «Мне немного, полтора половничка, не хочу сегодня наливаться». Если суп оставлен и на следующий день, с работы муж приходит сильно сытый или дико занятый. Сразу рвет к компьютеру, а в полпервого ночи, опомнившись, запихивается булкой с маслом. 

В противовес блюдам-невидимкам максимально осязаемую плотность для наших мужчин имеют широко известные «три кита»: мясо, картошка, борщ. Утром, в обед, вечером. И тортик!

фото отсюда